Главная » Статьи » История Тихвинского края с древнейших времен. » Персоналии

Трубилова Е. М. «Маленький друг мой, живи!» Продолжение.

"Маленький друг мой, живи!"

Продолжение

В конце 20-х годов Тэффи читала в парижском обществе Мережковских «Зеленая лампа» доклад «О единстве любви». В заключение она привела схему мироздания подвижника VI века Аввы Дорофея, поразившую в свое время еще Льва Толстого. Вселенная на этой схеме изображена в виде круга, в центре которого Бог, а радиусы к центру обозначают пути души. Чем ближе души к Богу, тем ближе они друг к другу. По Библии, ближе всего к Богу дети («Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное»). Там, у самого Центра этой Окружности, место излюбленного героя Тэффи, «маленького человека» — ребенка, дурачка, нелепого враля, сумасбродной женщины, одинокого старика, не могущего высказать себя зверя.

«Как удивительно ярки воспоминания детства! — восклицает писательница в рассказе «Ведун» (сборник «Ведьма»). — Сколько потом в зрелом возрасте случается видеть и прекрасного, и значительного, и многое только скользнет по душе и умрет. И память не схватит и не задержит. Но иногда какая-нибудь сущая ерунда, посетившая ранние дни вашей жизни, останется в вашей памяти до самой смерти».

Таким оставившим зарубку в душе эпизодом стала история из рассказа «Марцелина» (сборник «Вечерний день»). Об автобиографичности повествования свидетельствуют подлинные имена сестер Лохвицких: маленькой героини Нади, романтической Вари, только что окончившей институт, бонтонной Маши, а также упоминание о брате-кадете (Николае).

В доме уличили в воровстве новую горничную, шестнадцатилетнюю Марцелину. И украла-то она ерунду, от деревенской своей нищеты польстившись на кружевные воротнички, вилочку для лимона и одеяло для куклы. Однако за любым преступлением неминуемо наказание — горничную с позором изгоняют. С какой тончайшей нюансировкой переданы смешанные эмоции героини — все происходящее ее одновременно «волновало и радовало», и всего казалось мало, «хотелось полного ужаса», она сладострастно придумывала для злодейки самые страшные казни («Был такой Василий Темный. Ему выкололи глаза… Вот бы…») и с нетерпением ожидала суда над ней. Все этапы происходящей с ребенком метаморфозы показаны словно изнутри: от щекочущего, распирающего желания жесточайшего самосуда до болезненной ломки, которой сопровождается созревание души. «Кто же это? Кто я? — впервые видит себя внутренним зрением девятилетняя героиня. — Девочка Надя. Которая же девочка Надя? Та, на которую смотрю, или та, которая смотрит? Сижу где-то в глубине, смотрю только через глаза». Это открытие себя, первая встреча с собой побуждает ее дать себе обещание «всю жизнь помнить об этом и каждый год один раз вот так смотреть на себя изнутри». А вслед за этим открытием она слышит от ключницы странное слово «жалко» на свой злорадный вопрос о судьбе Марцелины — и вдруг от этого тихого слова все в ней переворачивается — происходит преображение души.

Ирония и жалость — две главных стилеобразующих, знаковых черты творчества Тэффи. Казалось бы, чувства противоречивые и несовместные, однако Георгий Адамович, поэт и ведущий критик русского зарубежья, в своей рецензии на «Книгу Июнь» называет их «родными сестрами», поясняя: «Тэффи принадлежит, очевидно, к тем душевно-стыдливым натурам, которым неловко становится от всякого проявления чувства, — и, будучи не в силах себя побороть, справиться с собой, она эту свою „слабость“ от других и скрывает»[36]. В смехе Тэффи соседствовали, странно сплавляясь, ирония и заповеданная любовь к ближнему. Критик лаконично определил содержание ее творчества как «„Всё о любви“… Ни о чем другом она, в сущности, и не писала»[37]. И этот перенос названия сборника Тэффи на все ее наследие отнюдь не был простой фигурой речи. Вселенная Тэффи вмещала все оттенки этого чувства, весь спектр человеческих (и не только) отношений, самые разнообразные и невероятные подчас объекты любви. «Самый горький и самый подвижнический лик любви — любовь к возлюбленному материнская, — замечала она в „Авантюрном романе“. — В форму, создаваемую ею, свободно вливаются и отъявленные негодяи — их остро жаль, как заблудших, — и люди глупые — глупость умиляет, — и ничтожные — ничтожные особенно любимы потому, что жалки и беспомощны, как дети… Любовь материнская простит все, все примет и все благословит». С этой материнской любовью и жалостью относится Тэффи к своим героям — непутевым, заблудшим, совершающим глупости — детям

 

[1] Тэффи. А. И. Куприн // Тэффи. Моя летопись. М. : Вагриус, 2004. С. 180.

[2] Там же.

[3] Тэффи. Игрушки и книги // Возрождение. Париж. 1927. 25 декабря.

[4] Там же.

[5] Там же.

[6] Васютинская В. Надежда Александровна Тэффи (Из личных воспоминаний) // Возрождение. Париж. 1962. № 131 (ноябрь). С. 89.

[7] Тэффи. Игрушки и книги // Возрождение. 1927. 25 декабря.

[8] Тэффи. Псевдоним // Возрождение. 1931. 20 декабря.

[9] Киплинг Р. Как было написано первое письмо // Киплинг Р. Вот так сказки! М. : изд. В. М. Саблина, 1908. В более точной транскрипции с английского «Taffy» звучит как «Тэффи».

[10] Тэффи. Федор Сологуб // Тэффи. Моя летопись. С. 199.

[11] Тэффи о себе: Автобиографическая исповедь // Русская мысль. Париж. 1952. 15 октября.

[12] Одоевцева И. На берегах Сены. М. : Захаров, 2005. С. 65–66.

[13] Тэффи о себе.

[14] Немирович-Данченко В. И. Погасшая звезда // Немирович-Данченко В. И. На кладбищах. М., 2001. С. 121.

[15] Измайлов А. И. М. А. Лохвицкая. Некролог // Биржевые ведомости. 1905. 30 августа.

[16] Тэффи. Воспоминания // Тэффи. Моя летопись. С. 136.

[17] Тэффи. Чучело // Возрождение». 1931. 11 января.

[18] Лохвицкая Н. Мне снился сон, безумный и прекрасный… // Север. 1901. № 35.

[19] Ответы Н. А. Тэффи на опросный лист // Первые литературные шаги. Автобиографии современных русских писателей. Собрал Ф. Ф. Фидлер. М., 1911. С. 203–205.

[20] Зощенко М. М. Н. Тэффи // Ежегодник Рукописного отдела Пушкинского дома на 1972 г. Л., 1974.

[21] Ср.: «Беру кусок жизни, грубой и бедной, и творю из него сладостную легенду, ибо я — поэт» // Сологуб Ф. Капли крови (Навьи чары). М., 1992. С. 3.

[22] Гумилев Н. С. Письма о русской поэзии // Аполлон. 1910. № 7. С. 35–36.

[23] Васютинская В. Надежда Александровна Тэффи. С. 540.

[24] Тэффи Н. А. После юбилея (Обрывки впечатлений и разговоров) // Новое русское слово. Нью-Йорк. 1952. 19 марта.

[25] Цит. по: Седых А. Далекие, близкие. Второе издание. [Б. м.], 1962. С. 87.

[26] Пропп В. Я. Проблемы комизма и смеха. М., 1999. С. 22.

[27] Тэффи Н. А. Смех // Биржевые ведомости. 1904. 18 января.

[28] Цит. по: Верещагин В. Тэффи // Русская мысль. 1968. 21 ноября.

[29] Васютинская В. Надежда Александровна Тэффи.

[30] Цит. по: Тэффи. В стране воспоминаний. Рассказы и фельетоны 1917–1919. Киев, 2011. С. 23.

[31] Тэффи. На скале Гергесинской // Грядущий день. Одесса. 1919. № 1. Март. С. 32–34.

[32] Там же.

[33] Куприн А. И. Бисерное колечко // Общее дело. Париж. 1921. 25 июля.

[34] Запись от 1932 г., «ночь с 9 на 10 апреля».

[35] Алексинский Г. Ее доброй и светлой памяти (Воспоминания о Н. А. Тэффи) // Грани. Франкфурт-на-Майне. 1952. № 16. С. 131–138.

[36] Адамович Г. Литературные заметки // Последние новости. 1931. 16 апреля.

[37] Адамович Г. Одиночество и свобода. Нью-Йорк, 1955. С. 128–129.

Категория: Персоналии | Добавил: TVC (02.01.2019)
Просмотров: 6 | Теги: Тэффи, рассказы о детях, Дети, тэффи биография | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Приветствую Вас, Гость!
Вторник, 22.01.2019